Террористический акт в  Беслане  — захват заложников в школе  № 1 города  Беслан  (Северная Осетия), совершённый боевиками 1 сентября 2004  года. В течение трёх дней террористы удерживали в здании более 1100  заложников (преимущественно детей, их родителей и сотрудников школы) в  нечеловеческих условиях, отказывая людям даже в минимальных естественных  надобностях.

На третий день около 13:05 в школе произошли взрывы, и позже  возник пожар, в результате которого произошло частичное обрушение здания. После  первых взрывов заложники начали выбегать из школы, и федеральными силами был  предпринят штурм. Во время хаотичной перестрелки, в том числе с участием  гражданских лиц, пользовавшихся личным оружием, было убито 28 террористов  (трое, включая одну из смертниц, погибли в первый день). Единственный пойманный  живым террорист, Нурпаши Кулаев, был арестован и впоследствии приговорён к  пожизненному заключению.

В итоге, большинство заложников были освобождены в ходе  штурма, однако общий счёт потерь в результате теракта составил 335 человек  убитыми, из которых 186 были дети, и свыше 800 человек ранеными.

Ответственность за теракт в  Беслане  публично взял на себя  Шамиль Басаев, 17 сентября 2004 года опубликовав заявление на сайте чеченских  сепаратистов «Кавказ-центр».

По состоянию на 2011 год, следствие по делу о теракте, начатое  Генеральной прокуратурой 1 сентября 2004 года, оставалось открытым.  Расследование обстоятельств теракта проводилось несколькими независимыми друг  от друга комиссиями, экспертными группами и общественными организациями, однако  многие обстоятельства, включая реальное количество террористов, возможный побег  многих из них, действия правительства во время переговоров и штурма здания, а  также причины ограниченного и противоречивого освещения в СМИ, оспариваются до  сих пор. Ряд лиц придерживается мнения, что гибель некоторых заложников была  вызвана операцией по их освобождению.

Теракт в  Беслане  послужил для политического руководства  России поводом для осуществления серьёзных реформ в федеративном устройстве  России, в частности, отмены выборности губернаторов, а также принятия ряда мер,  направленных, по мнению некоторых критиков, на ограничение свободы средств  массовой информации.

Теракт в  Беслане  был спланирован тщательнейшим образом. Во  время подготовки захвата были учтены ошибки, сделанные террористами, участвовавшими  в теракте на Дубровке в 2002 году. В частности, в «Норд-Осте» все заложники  содержались в одном помещении; вентиляция была ограничена воздухопроводными  трубами, что способствовало закачке усыпляющего газа, в то время как у  террористов отсутствовали противогазы; взрывчатка приводилась в действие при  помощи давления на кнопку, а не отпускания таковой. Также,  террористкам-смертницам было запрещено подрывать себя без приказа лидера,  который редко был в зале, где содержались заложники, и прямого контакта со  смертницами почти не имел.

Школа № 1 была выбрана террористами в связи с большим  количеством учащихся и крайне сложной структурой самого здания. Самая старая из  бесланских средних учебных заведений, школа была построена в 1889 году. За годы  существования к основному зданию были добавлены другие секции, в результате  чего к моменту теракта школа представляла собой весьма запутанную структуру из  классных комнат, залов и коридоров. Другие школы  Беслана  были построены позднее  и по упрощённой планировке, вследствие чего держать оборону в любой из этих  школ было бы значительно сложнее, тогда как осуществить штурм — легче.

Другими факторами, сыгравшими на руку террористам, стали  близость  Беслана  к границе с Ингушетией (лагерь террористов, из которого они  отбыли ранним утром 1 сентября, находился в окрестностях ингушского села  Пседах, расположенного на расстоянии порядка 30 километров от  Беслана ),  относительно небольшое население города, а также гораздо более слабая система  безопасности и ограниченное присутствие военных по сравнению с другими крупными  населёнными пунктами Северной Осетии, такими как Владикавказ или Моздок.

Мнения касательно предварительного складирования оружия на  территории школы разнятся. Сторонники этой теории утверждают, что оружие было спрятано  в здании во время ремонта, проходившего летом. Однако ремонт проводился  усилиями учителя труда Александра Михайлова и завхоза Светланы Баликоевой,  которые для более тяжёлых работ, таких как замена прогнивших полов на втором  этаже, привлекали членов своих семей. В пользу теории предварительного  складирования оружия косвенно выступает факт наличия проломов в полу (в  частности, в спортзале и библиотеке), однако это опровергается утверждением,  что террористы опасались подкопа, поэтому пробивали пол в возможных точках  проникновения. Заложники, лично вскрывавшие пол, на суде по делу Кулаева  отмечали, что никакого оружия они не видели. Достоверных сведений, что оружие  действительно хранилось в школе до теракта, нет.

Формирование отряда

Окончательный состав вооружённой банды определился под конец  августа и был сформирован под руководством Аслана Масхадова, Шамиля Басаева и  Абу Дзейта. На случай неудачной акции в Осетии Дзейт также подготовил резервную  группу из 11 боевиков, которые должны были захватить среднюю школу в станице  Нестеровской Сунженского района Республики Ингушетия.

В состав группировки, отправившейся в  Беслан , входили  боевики, ранее занимавшиеся бандитизмом, будучи членами как криминальных  группировок, так и незаконных вооружённых формирований. Многие из них принимали  участие в боевых действия в Чечне и Дагестане и неоднократно привлекались к  уголовной ответственности за различные преступления, однако вскоре после ареста  выходили на свободу.

Возглавил банду 31-летний уроженец ингушского села Галашки —  Руслан Хучбаров по прозвищу «Полковник». На момент событий Хучбаров находился в  федеральном розыске за совершение убийства в Орловской области в 1998 году.  Скрывшись в Чечне, Хучбаров присоединился к отряду полевого командира Ибрагимова,  потом участвовал в нескольких операциях с Арби Бараевым и, в конце концов,  примкнул к бригаде Басаева. В составе бандитских формирований Хучбаров принял  участие в расстреле колонны внутренних войск 11 мая 2000 года, подготовке  взрыва здания УФСБ Ингушетии 15 сентября 2003 года, а также имел отношение к  подготовке смертников для терактов в «Норд-Осте», возле гостиницы «Националь» и  военного госпиталя в Моздоке.

Предположительно, подавляющее большинство террористов были  этническими чеченцами (большинство — из тейпов Энгеной и Орстхой), но помимо  них в состав группы входили ингуши, русские, осетины, арабы, а также  представители других национальностей. В частности, заложники отмечали особую  жестокость уроженца Бердянска, Владимира Ходова, по кличке «Абдулла»—  ваххабита, объявленного в 1999 году в розыск за изнасилование. Согласно  официальной версии, участников теракта было 34, включая двух чеченских шахидок  и двоих сообщников, оставшихся в лагере для связи. Предположительно, у  террористов также были сообщники, наблюдавшие за развитием событий за пределами  школы, смешавшись с местными жителями, однако подтверждения этому нет.

День первый

Захват

1 сентября 2004 года группа вооружённых боевиков подъехала к  зданию школы № 1 в  Беслане  на тентованном «ГАЗ-66″ и «ВАЗ-2107″. «ВАЗ» был  захвачен по пути в  Беслан  в селе Хурикау у участкового Султана Гуражева,  который также был привезён к школе, но потом сумел убежать. На площадке рядом  со школой в этот момент проходила линейка, посвящённая Дню знаний, перенесённая  из-за жары с традиционных 10 часов утра на 9. Стреляя в воздух, террористы  загнали в здание школы более 1100 человек -детей, их родителей и родственников,  а также сотрудников школы. Несколько террористов обошли школу со стороны  Школьного переулка, чтобы отрезать людям путь к бегству. Несмотря на «кольцо»,  захвата избежали, по разным оценкам, от 50 до 150 человек: в основном,  старшеклассников, успевших в суматохе выбежать со двора. Однако в заложниках  оказалось много детей дошкольного возраста: из девяти бесланских детсадов,  четыре не работали из-за затянувшегося ремонта, вследствие чего многие родители  привели с собой на линейку малышей.

Во время начальной стадии захвата террористами были  застрелены двое мужчин, хотя кто-то из местных жителей сумел застрелить одного  боевика. Также огнестрельное ранение руки получил террорист Владимир Ходов. Это  было единственным актом сопротивления: майор милиции Фатима Дудиева,  обеспечивавшая охрану общественного порядка, была безоружной. Труп боевика,  пролежав на улице три дня, разложился и почернел до такой степени, что возникли  слухи о наличии в составе банды представителя негроидной расы.

Большинство заложников были загнаны в главный спортзал,  тогда как остальные попали в тренажёрный зал, душевые и столовую. Террористы  досконально знали план здания, что позволило произвести захват в течение  нескольких минут. Загнав заложников в здание, террористы заставили всех сдать  фото- и видеоаппаратуру, а также мобильные телефоны, которые разбивали. Снаружи  школы были установлены камеры видеонаблюдения, а из «ГАЗ-66″ были выгружены  боеприпасы, тяжёлое вооружение и взрывчатка. В целом, вооружение террористов  составили не менее 22 автоматов Калашникова различной модификации, в том числе  и с подствольными гранатомётами; два ручных пулемёта Калашникова; два пулемёта  Калашникова модернизированных; один пулемёт Калашникова танковый; два ручных  противотанковых гранатомёта РПГ-7 и гранатомёты «Муха»[45]. Также при  террористах были противогазы, аптечкии запас провизии.

Следующим шагом захватчиков стало баррикадирование здания.  Для этой цели они отобрали порядка 20 мужчин и старшеклассников, которых  заставили стаскивать стулья и парты к выходам и окнам. Сами окна было приказано  разбивать: террористы изначально лишили правоохранительные органы возможности  использовать газ, как это было сделано в «Норд-Осте»; единственным местом, где  окна оставались наглухо закрытыми, был спортзал. У входов и в коридорах были  установлены самодельные взрывные устройства, изготовленные с использованием  пластита и готовых поражающих элементов (металлических шариков). В спортзале  взрывчатка была разложена на стульях и подвешена на баскетбольные кольца и два  троса, протянутые между ними. Провода от бомб были подведены к двум замыкающим  педалям (т. н. «электрическим замыкателям разгрузочного действия»),  расположенных в противоположных концах зала. Террористы попеременно дежурили на  педалях на протяжении всего захвата. Также в школе было установлено не менее  шести самодельных взрывных устройств, изготовленных на основе противопехотных  осколочных мин кругового поражения «ОЗМ-72″ промышленного производства с  самодельными доработками.

Заложникам было приказано говорить только на русском языке,  и малейшие отклонения от приказа жестоко пресекались. Отец двоих детей, Руслан  Бетрозов, попытался успокоить испуганных заложников на осетинском языке и был  застрелен на виду у всех для всеобщего устрашения. Другой заложник, Вадим  Боллоев, был тяжело ранен выстрелом за отказ опуститься на колени и позже  скончался. Когда заложники начинали плакать или шуметь, террористы стреляли в  потолок или выдёргивали из толпы заложника, независимо от возраста и пола,  угрожая расстрелом. Подобные акции устрашения использовались на протяжении  всего захвата наряду с издевательствами и оскорблениями

Осада

В 10.30 возле школы был сформирован оперативный штаб,  который возглавил президент РСО-Алания Александр Дзасохов. На этом посту  Дзасохова практически сразу де-факто сменил глава ФСБ по РСО-Алания Валерий  Андреев (официальное постановление о назначении Андреева на пост начальника  штаба было выпущено на следующий день). К тому моменту о захвате был извещён  находившийся в Сочи президент РФ Владимир Путин, который отменил свой  запланированный визит в Карачаево-Черкесию и вылетел в Москву для экстренного совещания  с представителями силовых структур. Оперативный штаб распорядился эвакуировать  жителей близлежащих домов, сформировать оцепление силами милиции, организовать  контроль над радиоэфиром и, не отвечая на провокационный огонь из школы,  блокировать близлежащие районы, убрать с простреливаемых мест весь  автотранспорт и перекрыть движение по железнодорожному перегону  » Беслан-Владикавказ »

Первые требования террористов озвучила заложница Лариса  Мамитова, выпущенная из школы в 11:05. В записке, переданной с Мамитовой,  террористы потребовали переговоров с «Зязиковым» (президентом Ингушетии),  «Дзасоховым» и «Рашайло». Мамитова писала записку под диктовку и, услышав  фамилию «Рашайло», решила, что речь идёт о Леониде Рошале, поэтому от себя  подписала «дет. врача». Телефон также был указан с ошибкой и наладить связь не  удалось. Оперативный штаб попытался организовать переговоры с террористами с  использованием громкоговорящей связи и не задействуя потребованных ими лиц. В  частности, был привлечён муфтий Северной Осетии Руслан Валгасов, но в ответ на  его попытку установить контакт, боевики открыли стрельбу. Около 16 часов  Мамитова вновь передала записку; на этот раз номер был указан верно.

Через некоторое время после передачи Мамитовой второй  записки, в здании школы прогремел взрыв и раздались выстрелы. Рядом с  заложниками, баррикадировавшими здание, подорвалась одна из шахидок. В  результате взрыва погиб находившийся рядом боевик, а заложников, оставшихся в  живых, террористы расстреляли во избежание потенциального сопротивления.  Количество убитых составил 21 человек. На попытку профессионального  переговорщика, Валерия Зангионова, прояснить ситуацию, боевик, назвавший себя  «Шахидом», заявил, что заложники были убиты, потому что с захватчиками не  выходили на контакт по номеру телефона, ранее ими переданному. Тела убитых были  выброшены из окна второго этажа руками двух заложников, один из которых,  33-летний Аслан Кудзаев, воспользовавшись моментом, выпрыгнул из окна и сумел  убежать. Кроме Кудзаева, удалось спастись Юрию Айларову: притворившись мёртвым,  он улучил момент и выпрыгнул из окна, под которым простоял вне видимости  боевиков до наступления темноты. Также в течение дня удалось спастись ещё  нескольким заложникам: 15 человек спрятались во время захвата в котельной и ещё  нескольким детям удалось сбежать из здания школы.

Вечером в  Беслан  прилетел доктор Рошаль, принимавший участие  в переговорах во время теракта на Дубровке в 2002 году. Террористы, ожидавшие  приезда Рушайло, отказались пускать врача в здание и принимать предложенную им  воду и пищу. К тому моменту заложники были вынуждены питаться лепестками  принесённых ими цветов и мочить одежду в изредка приносимых помойных вёдрах,  высасывая эту жидкость. Но даже при этом до многих вода просто не доходила.

День второй

На экстренном заседании Совета Безопасности ООН, состоявшимся  в ночь с 1 на 2 сентября по московскому времени, члены совета осудили акт  захвата заложников и потребовали немедленного и безоговорочного их  освобождения. Требования были проигнорированы; более того, с утра террористы  дали возможность некоторым заложникам поговорить по телефону со своими родными,  заставляя оказывать давление на последних, чтобы они способствовали недопущению  штурма школы. На предложение денег и организации коридора для безопасного  выезда за пределы Осетии, сделанное оперативным штабом через привлечённого к  переговорам известного ингушского бизнесмена, Михаила Гуцериева, террористы  ответили отказом.

Около 11 утра Александр Дзасохов связался по телефону с  Ахмедом Закаевым — находившимся в международном розыске вице-президентом ЧРИ и  доверенным лицом Аслана Масхадова. Дзасохов попросил Закаева выйти на Масхадова  и попросить того прилететь в  Беслан  для переговоров с террористами. Закаев  ответил, что свяжется с Масхадовым, при этом заметив, что связь с последним у  него односторонняя. Ранее тем же днём Закаеву позвонила журналистка Анна  Политковская, также просившая его и Масхадова выступить посредниками при  освобождении заложников. Отдельно от остальных, на Масхадова пытался выйти  Таймураз Мамсуров, премьер-министр Северной Осетии, чьи двое детей находились в  числе заложников. Связавшись с представителем Масхадова в Баку, Мамсуров  потребовал вмешательства президента ЧРИ, но, несмотря на обещания  представителя, звонка от Масхадова так и не получил.

В 16 часов захваченную школу посетил бывший президент  Ингушетии Руслан Аушев, единственный, кому удалось вести переговоры с  террористами лицом к лицу. На просьбы Аушева разрешить дать заложникам пищу и  воду, лидер террористов заявил, что заложники добровольно держат сухую  голодовку, но согласился отпустить группу заложников из 24 человек (матери с  детьми грудного возраста). Также с Аушевым террористы передали якобы  подписанную Басаевым записку с требованием о выводе федеральных сил из  Чеченской Республики и предложением перемирия «по принципу — независимость в  обмен на безопасность». В частности, автор записки требовал признания  независимости ЧРИ и соблюдение свободы вероисповедания в России, при этом  пообещав от имени всех мусульман России отказаться от вооружённых действий  против РФ «как минимум на 10-15 лет», войти в состав СНГ и ни с кем не  заключать против России политических, военных и экономических союзов.

Через несколько часов после ухода Аушева, террористы заметно  ожесточились: изначально выпускавшие заложников в туалет и приносившие вёдра с  водой в спортзал, боевики отказали и в том и другом, вынудив заложников пить  собственную мочу.

Вечером доктор Рошаль провёл встречу с жителями  Беслана  в  местном Дворце Культуры. В ходе встречи, Рошаль упомянул, что дети могут  находиться без воды и еды на протяжении 8-9 дней, вызвав протесты в зале и  критику в свой адрес в дальнейшем. Тем не менее, попытки доставить заложникам  воду, пищу и медикаменты продолжались до конца второго дня, но боевики  неизменно отвергали все предложения.

День третий

К утру третьего дня заложники обессилели до такой степени,  что уже плохо реагировали на угрозы террористов. Многие, особенно дети и  больные сахарным диабетом, падали в обморок, тогда как другие бредили и  испытывали галлюцинации. Террористы перемонтировали взрывную цепь, в частности,  переместив некоторые СВУ с пола на стены, и произвели несколько выстрелов из  гранатомётов по близлежащей территории, ранив одного милиционера.

Около 11:00 Михаил Гуцериев договорился с террористами об  эвакуации тел мужчин, выброшенных из окна в первый день. При этом боевики  поставили условие, что к зданию подъедет автомобиль без бортов, и оперативный  штаб отдал приказ приготовить транспорт. В 12:40 машина с четырьмя спасателями  МЧС подъехала к зданию школы, и спасатели под присмотром боевика приступили к  эвакуации трупов.

В 13:05 в спортзале последовательно произошли два мощных  взрыва с интервалом примерно в пол-минуты, в результате чего произошло  частичное обрушение крыши.

Сразу после взрывов террористы открыли огонь по спасателям.  Дмитрий Кормилин был убит на месте, Валерий Замараев был тяжело ранен и затем  скончался от потери крови, а другие двое спасателей получили лёгкие ранения.

Ещё через несколько минут заложники начали выпрыгивать через  окна и выбегать через входную дверь во двор школы. Террористы, находившиеся в  южном флигеле (включавшем столовую и мастерские), открыли по ним огонь из  автоматического оружия и гранатомётов, вследствие чего погибли 29 человек.

Оставшихся в живых людей боевики начали перегонять из  спортзала в актовый зал и столовую, при этом многих заложников, неспособных  самостоятельно передвигаться, террористы добили при помощи автоматов и гранат.

Через пять минут после первых взрывов Валерий Андреев отдал  приказ подразделению ЦСН ФСБ приступить к операции по спасению заложников и  обезвреживанию террористов. Снайперы, входившие в состав групп разведки и  наблюдения, открыли прицельный огонь на поражение террористов, прикрывая  эвакуацию заложников, тогда как две оперативно-боевые группы ЦСН ФСБ,  находившиеся на полигоне 58-й армии, выдвинулись в  Беслан . К школе для  эвакуации заложников устремились бойцы 58-ой армии, местные милиционеры и  гражданские лица, как вооружённые, так и безоружные. Носилок не хватало,  поэтому местные жители изготавливали их из любого доступного материала, включая  одеяла и переносные лестницы. Также не хватало машин «Скорой помощи», и  бесланцы увозили пострадавших на собственных автомобилях в городскую больницу,  а особо тяжёло раненых — во Владикавказ.

В 14:50 крыша спортзала загорелась, но из-за отсутствия  приказа оперативного штаба пожарные расчёты приступили к ликвидации пожара  только в 15:20, и первые полчаса тушение пожара осуществлялось силами местных  жителей. Территория, прилегающая к школе, простреливалась боевиками, что  ограничивало доступ пожарных к очагам возгорания и пожарным гидрантам. Пожар  был потушен в 21:09, после чего пожарные пустили воду в зал для общего охлаждения  помещения во избежание повторных возгораний.

Штурм

Прорыв бойцов ЦСН ФСБ в здание был осуществлён с трёх  главных направлений: южный флигель (столовая и мастерские), тренажёрный зал и  библиотека. Возле южного флигеля оперативно-боевые группы ЦСН ФСБ заняли боевые  позиции через 25-30 минут после первых взрывов, но забаррикадированные окна не  позволяли им проникнуть в здание более часа. Около 13:50 в спортзал через окна  тренажёрного зала проникли офицеры инженерных войск 58-й армии и приступили к  разминированию помещения. В это время террористы вели по спортзалу автоматный и  гранатомётный огонь из столовой, заставив заложников встать на окна в качестве  «живого щита».

На втором этаже группа боевиков оказывала ожесточённое  сопротивление, рассредоточившись по оборудованным огневым точкам в классных  комнатах и актовом зале. Как и в столовой, террористы прикрывались «живым  щитом» из детей и женщин, в результате чего многие бойцы были вынуждены  жертвовать собственными жизнями для спасения заложников. Так, майор «Вымпела»  Михаил Кузнецов под огнём террористов эвакуировал более 20 раненых заложников,  но, получив смертельные ранения, скончался позже вечером, а майор Роман  Катасонов, спасая двух детей, вступил в бой с пулемётным расчётом боевиков.  Кроме того, большую помеху для спецназа создавали некоординированные действия  большого количества вооружённых гражданских лиц, «окрещённых» прессой  «ополченцами». Многие из них вели беспорядочную стрельбу по зданию школы, порою  даже простреливая участки, недоступные для террористов, рискуя задеть спецназ.  Также местные жители избили как минимум четверых мужчин, в том числе одного  заложника, которых приняли за боевиков. Многие бесланцы и представители ряда  СМИ, наблюдавшие за избиением, расценили произошедшее как задержание террористов.

Операция по ликвидации террористов продлилась почти до  полуночи. В ходе операции по зданию были нанесены выстрелы 125-мм  осколочно-фугасными снарядами из танка Т-72 и выстрелы из огнемётов РПО-А  «Шмель». Применение огнемётов и танков впоследствии стало одним из наиболее  спорных вопросов, касающихся проведения штурма (см. подробнее: Расследование  обстоятельств теракта в  Беслане ). В частности, неоднократно оспаривались время  применения (ряд лиц утверждает, что танки и и огнемёты применялись, пока  заложники находились в здании) и целесообразность (ряд лиц утверждает, что  штурм здания и пожар, вызванный огнемётами, явились причиной гибели многих  заложников.

Жертвы

Погибшие

В результате теракта в  Беслане  погибло 334 человека,  большинство из которых составили заложники, включая 186 детей. В первые  несколько дней около 200 человек считались пропавшими без вести, включая тех,  кто не был опознан, но Минздрав опроверг это утверждение. Окончательные цифры  распределились следующим образом:

Погибло:

  • Дети от 1 до 17 лет — 186
  • Учителя / сотрудники школы — 17
  • Бойцы спецназа ЦСН ФСБ -10
  • Сотрудники МЧС — 2
  • Родственники, гости и друзья учащихся — 118
  • Милиционеры — 1

Всего — 334 человека.

В 66 семьях погибло от 2 до 6 человек, а 17 детей остались  круглыми сиротами. Для оценки масштаба теракта достаточно сказать, что за  четыре года Великой Отечественной войны  Беслан  потерял 357 мужчин на различных  фронтах. В августе 2005 года, не приходя в сознание, скончалась 32-летняя  Марина Жукаева, став 335-й погибшей в результате теракта.

Также во время штурма здания погибли 10 бойцов ЦСН ФСБ—  самое большое количество потерь в ходе одной операции за всю историю  российского спецназа. В числе погибших все командиры трёх штурмовых групп:  подполковник Олег Ильин, подполковник Дмитрий Разумовский (оба — «Вымпел») и  майор Александр Перов («Альфа»). Все трое были посмертно представлены к званию  «Героя России». Также это звание было посмертно присвоено лейтенанту «Вымпела»  Андрею Туркину. Спасая троих детей от взрыва, Туркин накрыл своим телом  брошенную террористом гранату.

Судебно-медицинская экспертиза

Судебно-медицинская экспертиза, включавшая опознание  погибших и установление причин смерти, проводилась в крайне сложных условиях:  районное отделение Бюро судебно-медицинской-экспертизы (БСМЭ) не было готово к  приёму такого количества погибших, и тела складывались под открытым небом.  Отсутствие координации действий экспертов на начальном этапе привело к ошибкам в  регистрировании и маркировке трупов, а решение проводить опознание до  экспертизы привело к большому столпотворению в дворе БСМЭ. Ситуация усугубилась  с ухудшением погоды, в результате чего родственники погибших стали жаловаться  на отсутствие элементарных условий для сохранения трупов и их опознания. Трупы  были перенесены солдатами под тенты и палатки, а позже — в  грузовики-рефрижераторы, но в связи с неоднократным грубым перемещением тел,  это привело к утрате фрагментов одежды, обуви и других предметов, важных для  процесса опознания. Дополнительные сложности вызвали отсутствие предварительной  систематизации поисковых признаков (эксперты ориентировались только на скудные  устные сведения родственников) и отсутствие единого информационного центра  (эксперты были вынуждены сами отвечать на запросы различных ведомств,  отвлекаясь от основной деятельности).

К 12 сентября 2004 года в БСМЭ было осмотрено 329 трупов и в  213 случаях были установлены следующие причины смерти:

  • от огнестрельных ранений — 51 (15,5 % от общего числа  осмотренных)
  • от осколочных ранений — 148 (45 %)
  • от термических ожогов — 10 (3 %)
  • от повреждений тупыми предметами — 4 (1,2 %)

В 116 (35,6 %) случаях причина смерти не была  установлена из-за выраженных признаков поражения открытым пламенем вплоть до  полного обугливания тел.

Раненые

К утру 4 сентября в больницы  Беслана  и Владикавказа  поступило свыше 700 раненых, более половины которых составили дети.

Точное количество раненых в результате теракта доподлинно  неизвестно, так как осмотры проводились в Северной Осетии, Москве и Ростовской  области, в результате чего некоторые пострадавшие могли быть осмотрены  несколько раз. Публично доступных документов, удостоверяющих точное количество  экспертиз, нет, однако известно, что количество раненых превысило 800 человек.  Из них 72 ребёнка и 69 взрослых стали инвалидами.

Cледует отметить, что степень тяжести ранения неоднократно  пересматривалась судмедэкспертами. Наиболее частыми причинами переквалификации  степени тяжести вреда здоровью были психические расстройства, связанные с  перенесёнными травмами и исходами лечения. Также известны случаи, когда более  тяжёлое ранение переоформлялось как более лёгкое, в связи с бюрократической  волокитой, с которой пришлось столкнуться многим бывшим заложникам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Все права защищены законом РФ "Об авторском праве и смежных правах". Копирование материалов разрешено только с указанием источника и размещением активной ссылки на сайт http://passino.ru/ | Информация - Privacy Policy © 2010